Как измаильская тюрьма обанкротила купца


Людмила Адаменко, сотрудник Измаильского архива, поделилась с нами занимательной историей, имеющей непосредственное отношение к Измаильскому бизнесу. Банкротство предпринимателя, тендер, известные фамилии - здесь есть всё.

9 марта 1831 г. в градоначальнику Сергею Тучкову пришло письмо с намерениями Новороссийского и Бессарабского губернатора графа Воронцова организовать из бродяг нашего города арестантскую роту. Для этого следовало составить смету на строительство казармы для роты и рассчитать стоимость обмундирования для арестантов. Однако наш бывший мэр Тучков был не глупым человеком. Понимая, что хлопот с постройкой тюрьмы не оберешься, он попросил коменданта крепости Измаил генерал-лейтенанта Сандерса расположить штрафников именно в ней. Однако в ответ получил письмо о том, что это невозможно ввиду того, что в крепости и так едва помещаются две другие арестантские роты. Тогда Тучков отдал приказ составить план и сметы суровому человеку, инженеру, полковнику Близнину. Без щепетильности тот прикинул план по принципу "дешево и сердито", то есть без вентиляционных отдушин, окон и форточек. Дескать, может еще и на усиленное питание талоны выдавать? На это сначала не обратили внимания. Времени был цейтнот, а потенциальных обитателей тюрьме расплодилось в достатке. И вот в 1833 г. Блудов, министр внутренних дел, утвердли этот план и смету на 43202,60 руб. из 10% капитала области, объявил торги на строительство. Лучшим из предложений на торгах оказалось предложение измаильского 1-й гильдии купца Антона Милановича. Согласно контракту он обязался вовремя построить арестантскую казарму, или попросту тюрьму, за 40450 руб. Средства из областного бюджета запланированы к поступлению в 3 захода. Ну а пока их не было, Миланович решил времени не терять и заложил 3 своих дома. На вырученные деньги начал строительство. Как же он потом будет сожалеть об этом решении. Уже в первую неделю строительства оказалось, что в смете, которая была представлена на торгах, не указали место строительства острога (опорного пункта). Его укажут уже позже, в контракте, который подписал Миланович. Как оказалось, место для постройки слишком низкое - нужен кирпич, камень и другие материалы сверх утвержденной сметы. С этого начались мучения купца. Работу нужно было завершить до начала осенних дождей, но средства поступали несвоевременно, частями, расходы в смету не вписывались. До кучи купец не сработался с Близниным. ПОследний рапортовал Тучкову о том, что кирпич Милановича не годен для строительства, а нанятые работники не знаю дела своего. "Крыша покрыта черепицею наскоро, без отбору". С горем пополам 25 сентября 1834 казарму сдали в эксплуатацию и в акте приема-передачи указано, что "казарма построена из кирпича самой лучшей доброты, согласно фасаду и плану". В январе 1835 Тучков обратился в область с прошением выделить дополнительные средства на строительство колодцев, забора, бани, кладовой - всего, что в казарме не доделано. Арестанты варили еду на земле, поскольку в кухне Милановича не было ни очага, ни печи. Исправить недостатки Миланович отказался. Оно то и понятно - ведь, в смете не была учтена кухня. Ее Миланович построил за свои кровные по приказу Близнина. При том, что денег по контракту он не получает, а проценты по векселям растут. Насколько плачевным было состояние купца отражают его прошения к губернатору Бессарабии на протяжении года. Стоимость 1 прошения тогда была равна 1 рублю, когда ведро молока стоило 70 копеек. Неизвестно, были ли удолетворены эти прошения, поскольку фамилия Милановича в архивах больше не упоминалась. Однако благоустройство тюрьмы продолжалось еще десять лет.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: